Жизненный цикл семьи: Основные кризисы

Жизненный цикл семьи

Несмотря на то, что обыкновенная семейная жизнь всегда являлась ареной человеческих страстей, на нее стали обращать внимание и воспринимать всерьез лишь совсем недавно. Стало ясно, что семьи развиваются во времени, а явления стресса и психической патологии появляются тогда, когда этот процесс развития нарушается. Однако психиатры и психологи считали не столь интересными проблемы, возникающие, когда люди женятся или выходят замуж и растят детей.

Сейчас, когда мы начинаем понимать, какое большое влияние имеет на человека его ближайшее социальное окружение, мы обнаруживаем, что социальное окружение развивается во времени, и об этом процессе развития нам известно очень и очень мало. Если говорить, что в психиатрии следует использовать стратегический подход, то надо определить и цель, для реализации которой предназначена эта стратегия. За последние двадцать лет мы весьма далеко продвинулись в понимании симптомов психических болезней. Когда-то симптомы рассматривались как свойства личности, независимые от социальной ситуации. Тревога или депрессия являлись характеристиками состояния человека. Затем появилась идея о том, что симптомы являются выражением отношений между людьми и средствами достижения некоторых тактических целей в отношениях с близкими. Вопрос теперь ставится так: чему служит приступ тревоги, если рассматривать его в контексте семейных отношений, отношений на работе или отношений с психотерапевтом?

Сейчас стало общепринятым еще более глубокое воззрение. Симптомы появляются, если имеет место смещение или нарушение процесса развертывания жизненного цикла семьи или другой естественной группы. Симптомы являются сигналом о том, что семья испытывает трудности при переходе с одной стадии развития на другую. Например, приступы тревоги у молодой матери, возникшие сразу после рождения ребенка, говорят о том, что эта семья не в состоянии перейти на стадию ухода за детьми. Сосредоточиваясь весьма узко на симптомах, Эриксон считал главной целью терапии разрешение проблем данной семьи таким образом, чтобы она смогла продолжать свой жизненный цикл. Восхищение виртуозной техникой Эриксона может привести к тому, что его мета-стратегия, опирающаяся на представление о жизненном цикле семьи, останется незамеченной.

Осознавая заново всю важность процесса развития семьи, мы понимаем, как мало нам об этом известно.

Длительных исследований семьи вообще не существует. Есть лишь исследования, где применялись методики, основанные на самонаблюдениях членов семьи, но они представляются мне не очень достоверными. О развитии семьи мы можем также узнать из клинической практики изучения тех семей, которые обращаются к нам за помощью, но в этом случае мы не знаем, что происходит на той же стадии в «нормальной» семье. Клиницист, желающий понять естественное развитие семьи, чтобы построить на этом свою психотерапевтическую стратегию, проявляет лишь собственное невежество, и работает, взвалив на плечи груз мифов о том, какими «должны быть» семьи. Дополнительная проблема состоит в том, что сама семья и ее жизненный цикл меняются с изменением общества и возникают новые типы семьи. Семья, состоящая из детей и родителей и живущая отдельно от прочих родственников является сравнительно новой формой семьи. Начиная понимать закономерности развития этой формы семьи, мы обнаруживаем, что уже появились новые формы семьи — общинные, — и, работая с молодежью, клиницист может обнаружить, что его концептуальная модель устарела. Клиницист должен быть терпимым по отношению к различным вариантам образа жизни семьи и вместе с тем иметь общий взгляд на процессы развития семей, который бы направлял его поиски кризисной точки развития.

Но еще до того, как мы начнем описывать жизненный цикл семьи, мы должны, по-видимому, ответить на возможные возражения против такого подхода в психотерапии. Если сказать, что целью психотерапии является помощь в преодолении кризиса перехода с одной стадии жизненного цикла семьи на другую, то многие клиницисты могут упрекнуть нас в том, что при таком подходе мы «приспосабливаем» человека к семье или обществу, которое формирует семью. Такая точка зрения наивна, поскольку она не учитывает тот факт, что свобода и развитие личности определяются успешностью его участия в своей естественной группе и ее развитии. Можно, конечно, изолированного человека считать более свободным, чем человека любящего и работающего, но только до тех пор, пока мы не начнем рассматривать ограничения, внутри которых такой изолированный человек существует.

Есть два способа «приспособления» личности к ее ситуации без порождения в ней изменений. Один состоит в стабилизации состояния с помощью лекарств. Если молодой человек достиг определенного возраста, а семья не может освободить его, у него могут появиться симптомы болезни. Применение лекарств в данном случае избавит от забот, но сделает ситуацию хронической как для молодого человека, так и для его семьи. Второй вариант состоит в применении долгосрочной индивидуальной психотерапии, которая научит пациента оценивать трудности своего развития и неадекватности своего восприятия — но не реальность его настоящей жизненной ситуации. Многие жены, например, неудовлетворенные ограниченностью образа жизни в пригороде, в течение долгих лет стабилизируют себя с помощью интенсивного анализа. Вместо того чтобы побудить этих женщин к действиям, которые сделали бы их жизнь богаче и сложнее, процесс терапии практически препятствует таким действиям, навязывая пациенткам идею о том, что проблема находится внутри их психики, а не кроется во внешней ситуации.

Если считать, что целью психотерапии является создание многообразия и богатства жизни конкретного человека, то следует стремиться к тому, чтобы освободить человека от ограничений, накладываемых социальной организацией. Симптомы обычно появляются тогда, когда человек находится в невозможной для него ситуации и пытается из нее вырваться. Когда-то было высказано утверждение, что направленность лечения на симптом «просто» ослабляет и устраняет симптомы по мере того, как человек приспосабливается к ситуации. Этого взгляда придерживались клиницисты, не умевшие вылечить симптом и поэтому не понимавшие, что симптом нельзя вылечить, не создав базовых изменений в социальной ситуации человека (за исключением редких случаев), дав ему тем самым возможность расти и развиваться. Приступы тревоги, являющиеся следствием ограниченности межличностной ситуации, не могут быть устранены, пока психотерапевт не поможет пациенту найти и осуществить новые возможности в жизни.

Период ухаживания

Систематические исследования семьи человека начались недавно, причем одновременно с исследованием социальных систем у других животных. Примерно с 1956 года за человеческими существами, равно как и за зверями и птицами, стали наблюдать, не изымая их из естественной среды. В результате этих наблюдений прояснились как черты сходства, так и точки критических различий между человеком и животными, и это помогло нам глубже понять природу человеческих проблем. Как у человека, так и у животного имеют место процессы ухаживания, спаривания, постройки гнезда, ухода за потомством и освобождения потомства для самостоятельной жизни; но, вследствие огромной сложности организации социальной жизни человека, проблемы, возникающие на различных стадиях, являются специфическими только для него. Каждое обучающееся животное в соответствующем возрасте участвует в ритуалах ухаживания, и вариации тут весьма широки. Животные, принадлежащие к видам, живущим анонимными стаями, в соответствующее время года будут спариваться со всяким, кто попадется, предпочитая представителей противоположного пола. В других видах спаривание менее анонимно. Животное встречается со своим партнером в период течки один раз в год, но вне этого периода они не встречаются. Представители иных видов выбирают себе партнера на всю жизнь для регулярного воспроизведения потомства. Некоторые виды лебедей, например, выбирают партнеров на всю жизнь, и если один умирает, оставшийся в живых тоскует и, как правило, остается в одиночестве до конца жизни.

Человеческие существа с их многообразными возможностями могут, по сути, воспроизводить любой из этих видов спаривания. Мужчина может спариваться с любой женщиной, которая проходит мимо, причем, чем более безлично это будет происходить, тем лучше. Мужчины могут также иметь тайные любовные интриги, встречаясь с определенной женщиной только для сексуальных целей и никогда для других. Есть также варианты, при которых возможна множественность мужей и жен, как у некоторых видов животных. Но чаще всего мужчина выбирает женщину на всю жизнь и пребывает с ней постоянно (или, по меньшей мере, такой порядок вещей является устойчивым мифом о моногамии).

Критическое различие между человеком и животным состоит в том, что человек — единственное животное, учитывающее дальнее родство. Расширенная семья играет свою роль на любой стадии жизни человека. У других же биологических видов имеет место прерывистость поколений — родители растят малышей, которые покидают их, находя себе партнеров среди сверстников самостоятельно. Медведица не говорит своей дочери, за кого та должна выйти замуж, и не следит за тем, как они воспитывают медвежат. Родители человека четко знают возможных партнеров своих детей и помогают воспитывать внуков. Брак, таким образом, не является соединением двух людей, но представляет собой объединение двух семей, которые оказывают свое влияние и создают сложную сеть подсистем.

Когда представители вида Человек Разумный, как и представители других видов, вступают в подростковый возраст, они теряют терпимость, свойственную молодежи в тот период, когда она еще полностью включена в сообщество взрослых. Существует определенный период (к счастью, относительно длительный у человека) для того, чтобы особь определила свое положение относительно других особей того же вида и выбрала себе пару.

У большинства видов животных те самцы, которые в течение этого критического периода не могут приобрести собственную территорию, в дальнейшем получают самый низкий статус в сообществе и не приобретают самок. Они становятся периферическими животными, которые бродят среди владений других особей. Почти никто из них уже и не пытается отвоевать статус и пространство у преуспевших, так как каждое животное на своей территории, как правило, побеждает. Эти парии обнаруживают, что самки отказываются спариваться с самцами, не завоевавшими себе статуса.

Самки, которых не выбрали самцы со статусом, также становятся периферическими особями, отвергаемыми самцами и преследуемыми самками, которые получили самцов и статус. Периферические особи большинства видов не защищены, никто о них не заботится. Они — пасынки природы, и их обычно приносят в жертву хищникам, что является способом самозащиты группы. Их жизнь сравнительно коротка, и они не воспроизводят себе подобных. У человека периферическими особями занимаются профессионалы: представители благотворительных организаций, социальные работники, психологи, психиатры. По сути, представители этих профессий являются как людьми, несущими помощь и добро, так и агентами социального контроля. С одной стороны, они пытаются помочь опустившимся получить работу, сексуального партнера, стать полноправным членом общества. Как агенты социального контроля, они пытаются поместить аутсайдера в закрытую организацию, чтобы он не беспокоил тех, кто завоевал себе пространство и достиг статуса. (Иногда это тоже рассматривается как помощь.)

Хотя о поведении подростков в период ухаживания нам известно гораздо меньше, чем о таком же поведении других животных, мы знаем, что здесь существует фактор времени и фактор риска. Существует возрастной период, в течение которого молодой человек обучается ухаживать, и чем продолжительнее этот процесс, тем ближе к периферии окажется юноша в структуре социальных связей. Молодой человек, которому за двадцать и у которого нет подруги, будет аутсайдером среди своих сверстников, которым процедура ухаживания знакома уже в течение нескольких лет. Дело не только в том, что неопытный юноша не учится взаимодействовать с противоположным полом, но и в том, что у него не возникают соответствующие физиологические реакции. Его социальное поведение тоже неадекватно. Те, кого он выбирает для ухаживания, уже продвинулись в этом процессе гораздо дальше, а он еще осваивает первые шаги.

Если бы ухаживание представляло собой рациональный процесс, проблема была бы менее сложной, но это, увы, не так. Молодые люди играют свадьбу не потому, что хотят уйти из дома, а просто потому, что любят друг друга, хотят иметь детей или по многим другим причинам. Первая встреча молодых людей может привести к непредвиденным результатам. Особенную проблему подростков составляет то, что они одновременно являются и членами родительской семьи, и членами подростковой группы. То, как ведет себя подросток, чтобы удовлетворительно общаться в родительской семье, может мешать ему приспосабливаться к группе сверстников. В сущности, это та же самая проблема, что и отнятие от груди; этот процесс не окончен, пока ребенок не окажется вне дома и не установит близкие связи с людьми вне своей семьи. Длинный период выращивания человеческого детеныша скорее наводит его на мысль о том, что он никогда не покинет дом, нежели готовит его к самостоятельной жизни. Медведица посылает медвежонка на вершину дерева, а сама уходит, — родители ребенка могут и освободить его, и запутать в семейных связях навечно.

Многие подростки, ставшие периферическими особями, так до конца и не освободились от своих родительских семей, чтобы пройти через необходимую стадию выбора партнера и построения собственного гнезда. В некоторых культурах прямо установлено право родителей выбирать партнера своему ребенку, но даже в культурах, имеющих более романтичное представление о браке, ребенок не свободен в выборе брачного партнера. По мере того как юноша начинает отделяться от семьи и серьезно думать о том, чтобы связать свою жизнь с определенной девушкой, родители обоих молодых людей могут стать важным фактором в процессе принятия решения о браке. Даже тогда, когда молодой человек выбирает невесту назло родителям, он все равно не свободен, так как его выбор не является независимым. То, что когда-то считали «невротическим выбором партнера», представляет собой процесс, в котором принимает участие вся семья.

Для многих молодых людей помощь профессионального психотерапевта представляет собой церемонию посвящения. В ходе нее устанавливаются отношения со сторонним для родительской семьи человеком, который хочет помочь им достичь независимости и зрелости. Это один из способов, с помощью которых общество может помочь освободить молодого человека от жесткой организации его родительской семьи для того, чтобы он смог создать собственную семью.

Если психотерапия проходит успешно, она выталкивает молодого человека в жизнь, где он может реализовать максимум своих возможностей. Если психотерапия не удалась, человек становится периферической особью, и психотерапия усугубляет это. Чем более резким является вмешательство психотерапевта, — например, если он настаивает на госпитализации или длительном лечении — тем прочнее пристанет к молодому человеку ярлык «особой» личности. И это, конечно, скорее ухудшает, чем улучшает его ситуацию. Длительное лечение может разносторонне нарушить нормальную жизнь человека: продолжается финансовая опека родителей над ребенком, семья приучается доверять «оплаченным» отношениям вместо естественных и так далее. Длительная психотерапия создает особую категорию подростков, сосредоточенных на осознании того, что они делают, вне зависимости от того, что они делают, причем идеология объяснения своих поступков у них весьма ограничена.

По мере развития психотерапии уточнялись ее цели и совершенствовались ее техники. Самое крупное изменение произошло тогда, когда стало понятным, что всех подростков и юношей с проблемами нельзя вылечить с помощью одного метода. Каждая личность находится в уникальном контексте, и психотерапевт должен быть достаточно гибким, чтобы приспособиться к любой ситуации. Лечение многих людей начинается тогда, когда они чувствуют, что не могут жить и работать так, как им хотелось бы, и они ставят цель, а психотерапевт должен помочь им достичь эту цель. Часто бывает так, что и психотерапевт и пациент сформулировали цель, но в ходе лечения появляется третья цель, и это происходит неожиданно для обоих.

Работающий с молодежью психотерапевт должен обладать достаточной мудростью, чтобы направлять процесс и не стремиться «приспособить» молодого человека к своему восприятию жизни. Обычно молодые люди женятся и воспитывают детей, но многие представители молодого поколения, не избравшие этот путь, могут жить совершенно нормально. Если молодой человек обращается к психотерапевту из-за того, что хочет жениться или сделать карьеру, но не может, — долг психотерапевта помочь ему в этом. Если же он выбирает другой образ жизни, то навязывать ему свой путь только потому, что таково «приемлемое» поведение — просто нереалистично. Это может блокировать весь терапевтический процесс. К счастью, наша американская культура достаточно разнообразна, чтобы позволить людям жить не только так, как это предписывают нормы обычной семьи среднего класса, живущей в пригороде.

Если клиницист убежден в том, что цель психотерапии — богатство и разнообразие человеческой жизни, он в большей степени будет стремиться развивать способы жизни, подходящие для каждого конкретного человека, а не приводить образ жизни пациента в соответствие с социально приемлемым образцом. Психотерапевт должен осознать тот факт, что ограниченность жизни многих подростков обусловлена тем, что им не удалось выпутаться из своих семейных связей. Многие молодые люди становятся аутсайдерами потому, что разделяют молодежную культуру, находящуюся в поисках альтернативных способов жизни; другие же становятся аутсайдерами потому, что их функцией в семье является олицетворение неудачи. Они реагируют не на своих сверстников, а на то, что могло бы произойти в семье, если бы они выбрали более традиционный образ жизни. И несмотря на видимость того, что они сделали свободный выбор, на самом деле они всего лишь беспомощно реагируют на семейную ситуацию. Говорить с ними о возможности иного образа жизни — все равно, что говорить с узником о том, как он мог бы использовать свою свободу. Для психотерапевта трудность здесь состоит в том, чтобы определить природу ограничений, препятствующих тому, чтобы молодой человек начал вести более сложную и интересную жизнь. Часто это невозможно определить, не встретившись со всей семьей.

Молодые люди могут избегать вступления в брак по причинам, которые кроются внутри родительской семьи. Но точно так же они могут стремиться к преждевременному браку, пытаясь освободиться от сковывающих их отношений в родительской семье. Очень часто задачей психотерапевта может быть предотвращение такого преждевременного брака, чтобы молодой человек не переходил на следующую стадию развития, не будучи осведомленным о разнообразии способов жизни.

Брак и его следствия

Важность церемонии брака не только для новобрачных, но и для всей семьи становится все более очевидной по мере того, как молодежь от нее отказывается. Ритуал, который может показаться молодым людям поверхностным, бывает важной пограничной чертой между стадиями. Этот ритуал может помочь каждому члену семьи сделать переход к новым отношениям друг с другом. Во многих культурах церемонии, сопутствующие рождению, наступлению половой зрелости, браку и смерти, являются неприкосновенными, так как считаются критическими точками стабильной жизни.

Какими бы ни были отношения молодой пары до брака, брачная церемония меняет эти отношения непредсказуемым образом.

Для многих пар медовый месяц и период до рождения ребенка — самая счастливая пора за всю супружескую жизнь. Для других дело обстоит совсем не так — возникают сильные стрессы, поражающие семейные узы или вызывающие психическое расстройство фактически еще до начала семейной жизни.

Сама по себе цель некоторых браков может привести к тому, что нарушения семейной жизни начнутся с первых моментов существования семьи. Например, молодые люди, поженившиеся главным образом потому, что не хотели больше жить дома, могут обнаружить, что раз они уже поженились, то цель брака достигнута и основания для него исчезли. Из своей семьи они уже ушли, но у брака не было другой цели, и для продолжения брака надо бы найти какую-либо иную цель. Иллюзии на счет того, каким должен быть брак, часто оказываются весьма далекими от реальности.

Хотя заключение брака имеет для каждого сугубо личное значение, прежде всего оно символизирует, что молодые люди посвящают друг другу свою жизнь. В наше время легких разводов брак может быть просто экспериментом, но в той мере, в какой брак является именно посвящением, молодые люди обнаруживают, что они реагируют друг на друга по-другому. Иногда они чувствуют, что попались в ловушку, и начинают протестовать; может возникнуть борьба за власть; они могут обнаружить в себе желание «быть самим собой» и начать вести себя так, как никогда не вели себя раньше и совершенно не так, как ожидают их супруги.

Заключение брака освобождает молодых людей от необходимости держать дистанцию в общении друг с другом, и это движение навстречу неограниченной интимности может приветствоваться ими, но может также и пугать их. Многие консервативно настроенные молодые люди до сих пор не вступают в добрачные сексуальные отношения, и различные представления о сексе, как и преувеличенные ожидания, могут повлечь за собой разочарования и сексуальные расстройства.

С начала совместной жизни молодые супруги должны установить огромное количество соглашений, необходимых каждой паре, находящейся в близких отношениях. Они должны договориться о том, как они будут взаимодействовать с родительскими семьями, с друзьями, и как будут вести хозяйство, и каковы тонкие и выраженные различия между ними как личностями. Неявно или открыто они должны решить огромное множество вопросов, о существовании которых они до брака и не подозревали. Они должны решить, где будут жить, в какой степени жена должна влиять на карьеру мужа, можно ли обсуждать друзей супруга, должна ли жена работать или быть домохозяйкой, и кто будет следить за состоянием одежды. Представления о браке и жизнь в браке — две совершенно разные вещи.

Вырабатывая новые отношения, молодая пара должна найти также способы взаимодействия в случае несогласия. Очень часто в самый ранний период молодожены избегают противоречий и критики потому, что хотят сохранить благожелательную атмосферу в семье и не хотят задеть чувств другого. Со временем эти скрытые противоречия растут, и супруги обнаруживают, что все время находятся на грани ссоры и почему-то легко и сильно раздражаются друг на друга. Иногда такие необсуждаемые вопросы фактически с самого начала встроены в брак. Но все чаще кто-то проявляет минимальное несогласие, другой отвечает тем же, разгорается ссора, в которой всплывают на поверхность те области взаимодействия, которые ранее открыто не обсуждались.

Часто такая ссора пугает обоих возникновением неожиданных эмоций, и, заканчивая ссору, они клянутся никогда не ссориться снова. Но необсуждаемые вопросы снова накапливаются, создавая напряжение, и от любой искры может возгореться пламя, и ссора вновь повторится. В этом процессе пара вырабатывает собственные способы взаимодействия в случае несогласия. Иногда эти способы не удовлетворяют обоих супругов потому, что ведут к возрастанию недовольства, которое впоследствии воспринимается как неудовлетворенность браком. Например, пара может прийти к выводу, что противоречие исчезнет только тогда, когда один партнер подчинится другому в большей степени чем ему того бы хотелось. Именно в этот ранний период мужья и жены обучаются манипулировать друг другом как с помощью слабости и болезни, так и с помощью силы.

На большинство решений, которые молодая пара принимает в ранний период своей совместной жизни, влияет не только их опыт, вынесенный из родительской семьи, но и текущие взаимоотношения с родительской семьей. Эти связи являются неотъемлемой частью семейной жизни. Каждый из молодых людей должен сделать шаг от зависимости от родителей к новым независимым отношениям с ними. Их отношения должны превратиться в отношения между взрослыми людьми.

Принимая решения относительно своей семейной жизни, молодые люди не могут избежать родительского влияния. Например, родители в значительной степени влияют на то, будет ли жена работать и где молодые будут жить. Молодой паре лучше бы установить территорию, относительно независимую от родительского влияния, а родителям, в свою очередь, изменить отношение к детям, после того как те создали свою собственную семью. Обильная помощь, так же как и жесткий контроль, может повредить. Если родители продолжают поддерживать семью деньгами, это может служить скрытым или явным указанием на то, что они имеют право контролировать образ жизни молодой семьи. Финансовая поддержка может быть как полезной, так и вредной, и при этом возникает много вопросов. Давать ли деньги наличными или в виде подарков? Одному члену семьи или другому (или обоим)? Даются деньги свободно или со скрытой критикой (что особой необходимости в них нет)?

Вмешательство родителей может внести в брак раскол, причем весьма часто без осознания того, что же именно вызывает неприятные чувства. В случае конфликта с родителями мужа или жены у молодой пары могут развиваться симптомы психической болезни. У жены, чей муж не может предотвратить вмешательство своей матери в дела молодой семьи, могут появиться симптомы, и это будет одним из способов, с помощью которых она может приспособиться к данной ситуации. Некоторые пары пытаются защитить независимость своей территории, делая ее совершенно независимой от своих родителей. Они полностью обрывают связи с родителями. Обычно такие попытки кончаются провалом и содействуют разрушению брака, поскольку искусство семейной жизни предполагает достижение независимости в сочетании с сохранением эмоциональных связей с родственниками.

Рождение ребенка и взаимодействие с ним

Увлекательность брака состоит, в частности, в том, что, по мере разрешения проблем одной стадии, начинается следующая стадия со своими собственными возможностями. Молодая пара, создавшая новые удовлетворительные отношения друг с другом, обнаруживает, что рождение ребенка ставит новые проблемы и старые способы взаимодействия уже не годятся. Для многих пар период ожидания и рождения ребенка очень приятен, для других же этот период чреват стрессами, которые принимают различные формы. У жены могут начаться эмоциональные нарушения во время беременности, или могут возникнуть таинственные болезни, способные помешать доносить ребенка до положенного срока, или же после рождения ребенка она начинает вести себя странно и непредсказуемо. Возможно также, что не только жена, но и муж или кто-то из родителей жены или мужа после рождения ребенка изменит свое поведение.

«Причину» изменения поведения кого-то из членов семьи после рождения ребенка определить трудно, поскольку с появлением нового члена семьи ломаются многие старые взаимоотношения. Молодые люди, считавшие свой брак экспериментом, обнаруживают, что теперь расстаться им будет гораздо труднее. Другие пары, считавшие до этого, что они посвятили друг другу всю свою жизнь, обнаруживают, что после рождения ребенка оказались как бы в ловушке, и впервые у них возникает ощущение хрупкости их брачного контракта.

Игра, в которую играла молодая пара до рождения ребенка, была игрой для двоих. Они научились взаимодействовать друг с другом и нашли способы разрешения многих проблем. С рождением ребенка автоматически образуется треугольник, и это не треугольник с человеком извне или членом расширенной семьи. Может развиться ревность нового типа, если один из супругов чувствует, что другой больше привязан к ребенку, чем к нему. Многие проблемы супруги начинают теперь решать через ребенка: он становится и козлом отпущения, и оправданием новых проблем, равно как и старых, до сих пор нерешенных. Мужья и жены, находящиеся на грани развода, могут сейчас прийти к выводу, что им лучше остаться вместе для блага ребенка.

Жены, и прежде неудовлетворенные браком, могут теперь решить, что их состояние обусловлено ребенком. Например, больная психозом мать восемнадцатилетней девушки жаловалась, что ее дочь всегда стояла между ней и ее мужем, и в доказательство она приводила строки из своего письма, которое было написано, когда дочке было несколько месяцев. В этом письме она писала мужу, что он всегда объединяется с дочерью против нее. Если ребенок играет в треугольнике подобную роль, то, когда он вырастает и пытается покинуть дом, возникает кризис, поскольку супружеская пара оказывается перед необходимостью взаимодействовать друг с другом непосредственно, без ребенка, игравшего роль инструмента. И вновь актуальными становятся проблемы, которые не были решены в свое время, давным-давно, еще до рождения ребенка.

Зачастую брак заключается поспешно из-за беременности. В этом случае молодые люди вообще не имеют опыта жизни вдвоем. Брак начинается и продолжается как жизнь в треугольнике, пока ребенок не вырастет и не уйдет из дома. Порой все это не вызывает проблем. В иных же случаях ребенок становится единственным оправданием брака, и его обвиняют во всех внутрисемейных конфликтах.

Само рождение ребенка приводит к объединению двух семей. Это событие создает бабушек и дедушек, дядей и теть с обеих сторон. С рождением ребенка меняется даже сама процедура взаимных визитов. Семьи могут ссорится из-за того, как назвать ребенка, как его обучать и воспитывать, какая из семей должна влиять на него больше и так далее. Очень часто в расширенной семье брак рассматривается как временный, но только до момента появления ребенка. Возможность или факт появления ущербного ребенка может оживить потенциальные сомнения в полноценности всех ветвей семьи, и это тоже можно использовать как оружие в борьбе между семьями.

С рождением ребенка молодая пара, с одной стороны, несколько отдаляется от своих родителей, но, с другой стороны, оказывается еще более опутанной сетями семьи. Став родителями, они в большей мере проявили себя как взрослые люди, но сам ребенок заново вовлекает их в сложное взаимодействие со всеми родственниками по мере того, как старые связи разрушаются, а новые возникают. Если в этот период возникает стресс, он часто выливается в форму симптомов, от которых страдает один из супругов, однако весьма часто оказывается, что лечить надо не того человека, который страдает от симптомов. Болезни жены могут быть просто реакцией на мужа, который в связи с предполагаемым появлением ребенка чувствует, что попал в ловушку. Или же она может реагировать таким образом на кризис в расширенной семье.

Если молодая семейная пара нормально пережила период рождения ребенка, многие последующие годы она будет занята уходом за ним и его воспитанием. Каждый новый ребенок изменяет общую ситуацию — вместе с ним появляются новые проблемы, равно как и обостряются старые. Радость, которую приносят дети, часто уравновешивает переживания от множества проблем, с которыми сталкиваются родители. Обычно они учатся справляться с ними самостоятельно, так как не желают использовать те методы воспитания, которые когда-то применялись к ним.

На этой стадии ухода за маленькими детьми особые проблемы возникают у женщины. Она с нетерпением ждала появления ребенка, и это было для нее ожиданием самореализации. Но уход за малышами может стать и причиной крушения надежд. Обученные и подготовленные к взрослому образу жизни, молодые матери вдруг обнаруживают, что они отрезаны от мира взрослых и снова замкнуты в мире детей. В противоположность им мужья остаются в мире взрослых и имеют возможность наслаждаться общением с детьми, приобретая дополнительные измерения в своей жизни. Жена же, у которой единственными собеседниками становятся дети, чувствует себя дискомфортно, награждая себя ярлыком «всего-навсего» жены и матери. Страстное желание участвовать в мире взрослых (к чему она хорошо подготовлена) может служить причиной возникновения у нее чувства неудовлетворенности и зависти по отношению к деятельной жизни мужа. И брак может начать разрушаться по мере того, как у жены будут возрастать требования относительно помощи по уходу за ребенком, а у мужа будет возникать чувство, что жена и ребенок мешают его работе.

Иногда мать может даже преувеличить важность ухода за ребенком, порождая у ребенка эмоциональные проблемы, которым она может впоследствии посвящать все свое внимание. Задачей психотерапевта в этом случае является решение проблем ребенка посредством освобождения матери от вовлеченности в его проблемы. Психотерапевт должен в этом случае помочь матери начать вести образ жизни, в большей мере удовлетворяющий ее.

Хотя период ухода за маленькими детьми довольно труден, все же чаще всего семьи сталкиваются с проблемами при поступлении ребенка в школу. Раньше ребенку, отказывавшемуся посещать школу, обычно разрешали оставаться дома и предписывали индивидуальную психотерапию, ожидая его выздоровления и возвращения в школу; но зачастую вместо этого он все больше и больше отставал от сверстников. С появлением терапии, ориентированной на семью, ребенка стали чаще оставлять в школе, пытаясь воздействовать на ситуацию в целом, осознавая, что проблема может крыться как в школе, так и в семье (или же — и там, и там).

В этом возрасте дети очень чувствительны к происходящему в семье, к тому же теперь они вовлекаются и во внесемейную жизнь. Конфликт между родителями, касающийся воспитания ребенка, может стать более явным, так как результат их воспитательной деятельности оказывается объектом всеобщего обозрения. В связи с поступлением ребенка в школу родители впервые лицом к лицу сталкиваются с тем фактом, что ребенок когда-нибудь вырастет и покинет дом, а они останутся наедине друг с другом.

Именно на этой стадии структура семьи становится наиболее прозрачной для психотерапевта, так как вся она отражается в проблеме ребенка. Способы общения в семье становятся к тому времени стереотипными, и определенные их структуры бывают неприспособленными к ситуациям пребывания ребенка вне семьи. Некоторые типы неадекватных структур встречаются очень часто, и все они обусловлены прерыванием связи поколений внутри семьи. Наиболее распространенная проблема состоит в том, что мать постоянно объединяется с ребенком против отца, протестуя по поводу его излишней строгости к ребенку; протест отца при этом направлен против того, что мать слишком балует ребенка. В таком треугольнике родители стараются спасти ребенка друг от друга, предоставляя ребенку возможность объединиться с тем, с кем ему выгодно объединиться в данный момент. Этот треугольник можно описать по-разному.

Один из полезных способов описания состоит в том, чтобы рассмотреть мать, как «излишне вовлеченную» в проблемы ребенка. Очень часто мать хочет помочь ребенку, но вместе с тем она и раздражена на него, будучи фрустрированной в своих попытках справиться с его проблемами. Отец находится скорее на периферии взаимодействия. Если он вмешивается, чтобы помочь матери, она нападает на него, и он снова отходит в сторону, а мать по-прежнему не может справиться с ребенком. Этот стереотип взаимодействия прокручивается бесконечно, препятствуя созреванию и взрослению ребенка и не позволяя матери отвлечься от проблем ребенка и жить более самостоятельно.

По мере того как этот стереотип продолжает проигрываться, ребенок становится средством общения в случае тех проблем, которые они не могут обсудить открыто. Например, если в семье никогда не поднималась открыто проблема мужественности отца, мать может поднять вопрос о том, не слишком ли их сын похож на девочку, в то время как отец может настаивать на том, что мальчик достаточно мужествен. Ребенок реагирует на это следующим образом: он объединяется с матерью, проявляя в своем поведении женские черты, чтобы обеспечить мать аргументами в этом споре, и вместе с тем ведет себя достаточно мужественно, чтобы поддержать отца. Ребенок в данном случае производит впечатление неосведомленного о том, какого же он пола на самом деле, поскольку в этом треугольнике он играет роль метафоры. Когда ребенок оказывается во внесемейной среде, устойчивые стереотипы поведения оказываются под угрозой, и симптомы ребенка могут указывать на то, что семья испытывает трудности при переходе на следующую стадию своего развития.

Этот треугольник может возникнуть даже тогда, когда родители разведены, поскольку формальный развод не обязательно изменяет тип проблемы. Если мать, воспитывающая ребенка одна, предъявляет его как проблему, внимательный психотерапевт учитывает то, что в ситуацию может быть вовлечен и бывший муж, и в этом случае цель психотерапевта — помочь семье действительно освободиться от своего бывшего члена. В семьях без отца типичной структурной проблемой на этой стадии является бабушка, которая постоянно объединяется с ребенком против матери. Если мать молода, бабушка часто относится к ней и к внуку так, как если бы они оба были ее детьми одного возраста, и ребенок оказывается вовлеченным в борьбу матери и бабушки через поколение. Такая структура особенно типична для бедных семей. В семьях среднего класса жена часто расстается с мужем после длительной борьбы с ним за ребенка, но потом мать жены замещает мужа в этой борьбе.

Такая борьба через поколение может стать явной и очевидной только тогда, когда ребенок окажется вовлеченным во внесемейные структуры. Стереотип общения, который до сих пор функционировал достаточно гладко, в этот период может сломаться, и семья обращается к психотерапевту за помощью.

Трудности на зрелой стадии брака

У большинства видов животных семейные единицы из родителей и детей существуют в течение очень короткого промежутка времени. Обычно потомство появляется один раз в год, молодежь вырастает и уходит в мир воспроизводить свой вид, а родители снова зачинают новых детей. У человека же родители продолжают отвечать за своих детей на протяжении многих и многих лет.

Родители продолжают оставаться связанными со своими детьми и после того, как им приходится менять свое отношение к детям, в большей степени относясь к ним как к равным. И в конце концов, когда родители стареют, дети начинают опекать их. Этот факт уникален для человека и требует того, чтобы члены семьи приспосабливались к постоянным изменениям в отношениях друг к другу. По мере изменения отношений в семье пересматриваются и собственно брачные отношения.

Когда мы говорим о проблемах брака, то особенно сосредотачиваемся именно на браке, и это может подтолкнуть к недооценке всех сил вне брака, которые на него влияют. Эта сеть связей, которую мы начертили вокруг семейной пары, простой семьи или семьи отдаленного родства, является принципиальной в нашей дискуссии. Если мы рассмотрим, как влияет на семью материальное положение, вторжения в ее дела чиновников, то станет ясным, что, сосредоточившись лишь на супружеской паре, мы получим весьма ограниченную картину. Если у мужа нет работы и жена получает пособие по безработице, то «семейная проблема» включает в себя способ вмешательства государства в семью.

Источник трудностей семейной пары может находится в поведении свекрови, детей и во многих других областях. Важно всегда учитывать, что семья — это развивающаяся группа, подверженная постоянно меняющимся внешним влияниям, со своей историей и со своим будущим, со своими стадиями развития, равно как и со своими стереотипами, не меняющимися в течение многих лет.

В современной семье пара, прожившая вместе 10-15 лет, сталкивается с проблемами, которые могут быть описаны как с точки зрения личности, так и самой пары или всей семьи. В этот период муж и жена находятся обычно в среднем возрасте. Очень часто это самый лучший период жизни. Муж может испытывать удовлетворение от своей карьеры, жена может радоваться тому, чему обычно радуются женщины ее возраста и положения. Дети теперь требуют меньшего внимания, и у жены появляется свободное время - теперь она может развивать свои способности и делать карьеру. Трудности раннего периода брака со временем преодолеваются, и подход к жизни с возрастом смягчается, становясь более зрелым. В этот период отношения между мужем и женой углубляются и расширяются. Стабилизируется отношение к родственникам и друзьям. Трудности воспитания маленьких детей позади, и теперь можно с удовольствием понаблюдать за тем, как развиваются и удивительным образом проявляют себя подросшие дети.

Психотерапевт встречается со всеми, кто находится на этой стадии развития, конечно, не тогда, когда у них все идет хорошо, а тогда, когда у них все идет плохо.

Для части семей это очень трудное время. Муж в этот период своей жизни может ясно понять, что мечты и амбиции юности неосуществимы. Эта разочарованность может влиять на всю семью, и особенно на жену. Или наоборот, муж достигает гораздо большего, нежели ему мечталось, и в то время как на работе к нему относятся с необычайным уважением и почтением, жена продолжает вести себя по-прежнему. Отсюда могут возникать обиды и конфликты. Один из самых тяжелых конфликтов состоит в том, что мужчина, достигший среднего возраста и высокого социального статуса, становится более привлекательным для молодых женщин, в то время как его жена, для которой физическая привлекательность гораздо более важна, чувствует, что стала менее привлекательной для мужчин.

Когда все дети пошли в школу, жена чувствует, что она должна как-то изменить свою жизнь. Теперь, когда у нее есть свободное время, она может вспомнить, что в юные годы она хотела сделать карьеру, но сейчас она уже не уверена в своих способностях. Социальная установка, состоящая в том, что быть домохозяйкой и матерью недостаточно, превращается в проблему по мере того, как подросшие дети нуждаются в матери все меньше и меньше. Время от времени она начинает чувствовать, что тратит свою жизнь понапрасну, и ее социальный статус снижается одновременно с повышением социального статуса мужа.

К этому моменту своего совместного существования, супруги уже решили много проблем. При этом они выработали довольно устойчивый, хотя часто ригидный и повторяющийся способ взаимодействия друг с другом. Стабильность в семье поддерживается к этому времени с помощью сложных стереотипов взаимодействия, используемых как для разрешения проблем, так и во избежание столкновения с ними. По мере того как дети подрастают и семья подвергается изменениям, наработанные стереотипы могут становиться неадекватными, и в связи с этим возникают кризисы. Иногда это превращается в усиление проблемного поведения — такого, например, как пьянство или жестокость по отношению к супругу, — и это достигает нестерпимого уровня. И тогда один из супругов или оба начинают чувствовать, что, если им хочется быть менее несчастными, то расстаться надо прямо сейчас, не дожидаясь, пока подрастут дети.

Зрелые годы брака склоняют супружескую пару к решению вопроса о том, стоит ли им дальше оставаться вместе или лучше каждому идти своей дорогой. Этот период, когда дети реже бывают дома, заставляет родителей еще раз осознать, что в конце концов все дети покинут дом, и они останутся наедине друг с другом. Во многих случаях супруги решают жить вместе только для блага детей, и когда они видят, что дети взрослеют и момент расставания с ними приближается, они вступают в мир супружеских мучений. В этот период могут возникать очень сильные напряжения в отношениях между супругами и даже разводы, хотя многие кризисы семья преодолевает благополучно. Большинство кризисов семья переживает тогда, когда кто-то вступает в семью или покидает ее. В зрелый же период семья не меняет своего состава, но в каком-то смысле он все же меняется, так как дети взрослеют.

Подростковый кризис можно рассматривать как внутрисемейную борьбу за поддержание прежнего иерархического порядка. Например, мать может выработать определенные способы общения с дочерью как с ребенком, и вместе с тем у нее могут присутствовать стереотипы общения с женщинами как с соперницами. Когда же дочь подрастает и может представлять собой женщину-соперницу, устойчивое отношение матери к дочери нарушается. Отец ощущает себя между женой и взрослой дочерью, как в ловушке. Подобный же конфликт возникает тогда, когда мальчик превращается в молодого мужчину, и отец должен взаимодействовать с ним и как со своим сыном, и как со взрослым мужчиной. Возникающие в целях стабилизации семьи симптомы могут возникать как у родителей, так и у детей, но данный конфликт гораздо чаще, чем в другие периоды, возникает именно благодаря проблемам, существующим в отношениях между супругами.

Разрешить проблему, возникшую на зрелых стадиях брака, может оказаться гораздо сложнее, чем в ранние годы брака, когда молодая пара еще неустойчива и находится в процессе создания стереотипов взаимодействия. В зрелый период стереотипы общения сформировались и стали привычными. Очень часто супружеская пара, испытывая новые способы согласования различий, возвращается к старым стереотипам, несмотря на все их неудобство. Один из типичных способов стабилизации брака — использование детей в качестве средства общения. В этом случае кризис возникает тогда, когда дети покидают дом, и супруги остаются наедине друг с другом.

Отлучение родителей от детей

Когда взрослые дети начинают покидать дом, каждая семья испытывает кризис, и последствия этого кризиса разнообразны. Часто супруги переживают этот период очень тяжело, но по мере вырабатывания супругами новых способов взаимодействия, их семейная жизнь нормализуется. Они успешно разрешают свои конфликты и позволяют детям выбирать себе партнеров и карьеру. Сами же они начинают осваивать роли бабушек и дедушек. В семьях, где только один родитель, уход ребенка может восприниматься как начало одинокой старости, но эту потерю можно успешно пережить и найти в жизни новые интересы. Пройдет ли этот процесс отлучения нормально или нет, зависит, с одной стороны, от серьезности возникающих в это время проблем и, с другой стороны, от помощи, которую можно в этот момент получить.

Во многих культурах отлучение родителей от детей и детей от родителей сопровождается церемонией, которая определяет ребенка, как только что созданного взрослого. Такая инициация дает ребенку новый статус и требует от родителей нового отношения к нему.

В нашей культуре нет способа констатации факта, что подросток превратился во взрослого человека. Школьный выпускной вечер в какой-то мере выполняет такую функцию, но чаще всего это только промежуточная ступень — ведь дальше следует поступление в колледж, а во время учебы в колледже родители продолжают поддерживать детей. И даже брак в тех случаях, когда родителей и не является церемонией, завершающей отлучение детей от родителей.

В некоторых семьях конфликт достигает максимальной остроты, когда самый старший ребенок покидает родительский дом, в других же семьях обстановка становится все хуже по мере того, как уходят все более младшие дети. В иных же семьях конфликт достигает максимума перед тем моментом, когда самый младший ребенок должен оставить семью. Во многих случаях родители, которые успешно расставались со многими детьми, вдруг остро ощущают напряжение, когда критического возраста достигает определенный ребенок. В таких случаях оказывается, что этот ребенок играл в семье особо важную роль. Возможно, именно посредством этого ребенка родители общались друг с другом, либо забота о нем и любовь к нему сплачивала их.

Проблема супругов в этот период может состоять в том, что после ухода детей они обнаруживают, что им нечего сказать друг другу и ничего общего у них не осталось. В течение многих лет они ни о чем, кроме детей, не говорили друг с другом. Иногда супруги начинают спорить о том же, о чем спорили, когда дети еще не родились. Поскольку эти проблемы не были решены, а были отложены в связи с рождением детей, они снова всплывают на поверхность. Часто такой конфликт приводит к тому, что супруги разъезжаются или разводятся, что постороннему наблюдателю может показаться трагичным. Если же конфликт очень глубок, могут случиться попытки убийства или самоубийства.

Представляется, что люди чаще всего заболевают шизофренией где-то в возрасте около двадцати лет, то есть тогда, когда им предстоит покинуть дом, и тогда, когда семья дезорганизована. Юношеская шизофрения и другие тяжелые нарушения психики могут представлять собой способы разрешения семейной проблемы на этой стадии жизни. Когда ребенок и родители не могут больше выносить изоляцию друг от друга, тогда эта опасная изоляция может быть устранена, если с ребенком начнет происходить что-то плохое. Становясь социально неприспособленным благодаря болезни, ребенок остается в кругу семьи. Родители могут продолжать использовать ребенка как источник разногласий или, наоборот, совместной заботы, и необходимость взаимодействовать друг с другом непосредственно отпадает. Ребенок может продолжать участвовать в треугольнике борьбы между родителями, предлагая себя и свою «психическую болезнь» в качестве оправдания всех трудностей.

Когда родители приводят подростка или юношу к психотерапевту, врач может сосредоточиться на нем и предписать ему индивидуальную психотерапию или госпитализировать его. Если делается так, родители несколько успокаиваются, ребенок же проявляет свою болезнь в более острой форме. Эксперт в данном случае замораживает семью на данной стадии развития, навешивая ребенку «ярлык» и относясь к нему, как к «пациенту». Родители теперь не должны разрешать свой конфликт и переходить на следующую стадию развития своего брака. Ребенок также не должен более искать и устанавливать близкие взаимоотношения с кем-либо вне семьи. Если психотерапевт это сделал, ситуация остается стабильной до тех пор, пока ребенку не становится лучше. Если он становится более «нормальным» и всерьез намеревается вступить в брак или преуспеть в том, чтобы содержать себя материально, семья вновь оказывается на стадии, когда ребенок должен покинуть дом, и конфликт возникает снова.

Реакция родителей на этот новый кризис может состоять в том, чтобы прекратить индивидуальную психотерапию или вновь госпитализировать ребенка из-за рецидива, таким образом возвращая семье устойчивость. По мере повторения этого стереотипа ребенок становится «хронически больным». Часто психотерапевт воспринимает проблему как противостояние ребенка и родителей, и отождествляется с ребенком, который, по его мнению, является жертвой, чем создает новые трудности для семьи. Сохраняя точно такой же взгляд на семью, врач стационара иногда советует молодому человеку покинуть семью и никогда больше с родителями не встречаться. Такой подход часто терпит неудачу, ребенок снова срывается и продолжает свою карьеру хронически больного.

Мы не знаем в точности, как происходит нормальное расставание взрослого ребенка с родителями. Об отклонениях известно больше: скорее всего ребенок проиграет, если окажется на одном из двух полюсов. Если он покидает семью и пытается сделать это навечно (так, чтобы никогда не видеть родителей снова), его жизнь обычно складывается плохо. Если же в нашей культуре он остается с родителями и позволяет им управлять своей жизнью, его жизнь также складывается плохо. Он должен отделить себя от своей семьи и вместе с тем продолжать оставаться связанным с ней. Большинство семей оказывается в состоянии поддерживать подобное равновесие, и именно к этой цели стремится современный семейный психотерапевт.

Семейный психотерапевт, к которому приводят юношу в состоянии депрессии, не воспринимает его как основную проблему — он видит всю семейную ситуацию в целом. Его цель заключается отнюдь не в том, чтобы сплотить родителей и детей и заставить их понимать друг друга. Он рассматривает себя как организатора церемонии инициации, взаимодействуя с семьей таким образом, чтобы ребенок в конце концов присоединился к миру взрослых, а родители научились относиться к нему и друг другу иначе. Если психотерапевт освобождает ребенка от семьи и разрешает конфликты, возникшие по поводу расставания, ребенок расстается со своими симптомами и получает возможность выбирать свой собственный путь.

Когда ребенок покидает дом и начинает создавать собственную семью, его родители должны претерпеть одно из крупнейших изменений в жизни — они должны стать бабушками и дедушками. Иногда они оказываются совершенно к этому не подготовленными, если, например, их дети не выполнили соответствующий брачный ритуал. Родители должны научиться тому, как стать хорошими бабушками и дедушками, и создать способы участия в жизни детей, и справиться с той ситуацией, согласно которой они должны остаться дома только вдвоем. Часто именно в этот период они должны пережить потерю собственных родителей.

Изучая семью, мы поняли, что ее развитие представляет собой естественный процесс, благодаря которому трудности разрешаются по мере их возникновения. Например, возьмем рождение внука. Одна мать пошутила, что она рожает все новых детей для того, чтобы характер самого младшего не испортился. Очень часто матери слишком вовлечены в отношения с младшим ребенком, когда он уже достиг критического возраста и должен покинуть дом. Если в это время у старшего ребенка рождается свой ребенок, ее внук, это может освободить ее эмоционально от младшего ребенка и облегчить превращение в бабушку.

Если посмотреть на естественный процесс развития семьи именно с этой точки зрения, то станет ясна важность поддержания связи между поколениями. Если молодые люди прерывают контакты со своими родителями, они лишают своего ребенка бабушек и дедушек и затрудняют своим родителям переход на более поздние стадии в их жизненном цикле. Каждое поколение зависит от всех других поколений, и эти связи очень многообразны. Мы начали понимать это, наблюдая распад семьи и прерывание связи между поколениями в наше динамичное время.

Пенсия и старость

Когда родители расстались со своими детьми и установили с ними новые связи, часто наступает период относительной гармонии, который может продолжаться и после ухода супругов на пенсию. Но выход на пенсию может и усложнить их совместное существование, ведь они будут теперь находиться наедине друг с другом круглые сутки. Нередко после ухода мужа на пенсию у жены развиваются симптомы болезни, и психотерапевт тогда должен, скорее, помочь паре в поисках более приятных способов взаимодействия друг с другом, чем сосредоточиться на проблеме, считая, что она заключается только в жене.

Несмотря на то что индивидуальные эмоциональные проблемы пожилых людей могут иметь различные причины, одной из наиболее частых причин является мотив защиты кого-либо. Например, если у жены появляется такой симптом, как невозможность открыть глаза, то ее проблема диагностируется как истерическая, внимание сосредоточено на ней и на той жизненной ситуации, в которой находится лично она. С семейной точки зрения, ее симптом можно воспринять как способ поддержки мужа в период кризиса. Проблема возникла тогда, когда муж вышел на пенсию и почувствовал, что если раньше он жил деятельной жизнью и помогал другим, то теперь его, как ненужный предмет, за ненадобностью засунули на полку. Когда его жена заболела, у него появилась обязанность — он должен способствовать ее выздоровлению. Это стало совершенно ясно, когда жена пошла на поправку — у мужа началась депрессия. И он вновь ожил при появлении рецидива болезни жены. Компенсирующая функция болезни или симптома, очевидная в любой период жизни, так же важна и на склоне лет, когда супруги остаются наедине друг с другом.

Конечно, со временем один из супругов умирает, а другой должен установить новые связи с родственниками и окружением. На этой стадии расширенная семья сталкивается с необходимостью ухода за старым человеком или с проблемой определения его в дом престарелых. Эта также кризисная точка и не все семьи проходят ее гладко. Так или иначе отношение молодых к своим престарелым родителям становится моделью поведения, которую переймут уже их дети, и так жизненный цикл семьи продолжается дальше.

Источник: "Стратегия семейной психотерапии." Милтон Эриксон и Джей Хейли.



loading...
Эту статью ещё не комментировали Написать комментарий
Ваше имя*
email*